Художественный мир Сибири

Субраков Р.И. Сказ "Хан-Тонис на темно-сивом коне".

Сибирская земля богата талантливыми живописцами, создающие оригинальные художественные произведения, отражающие своеобразную красочность природы огромной сибирской земли и древний, духовный мир проживающих здесь народов. Приглашаю всех гостей блога к знакомству с уникальным искусством коренных народов Сибири, Крайнего Севера и Дальнего Востока, их фольклором, а так же с картинами сибирских художников, с коллекциями, которые хранятся в музеях и художественных галереях сибирских городов.

вторник, 8 февраля 2022 г.

Курганная группа у аала Сафронов в Хакасии

 

Курганная группа у аала Сафронов в Хакасии

Источник:
Кызласов И. Древние скрижали на реке Есь./ Игорь Кызласов, доктор исторических наук // Сокровища культуры Хакасии./ гл. ред. А.М. Тарунов. – М.: НИИЦентр, 2008. – 512 с. – (Наследие народов Российской Федерации. Вып.10). - С.438-443

Поблизости от поселка Сафронов, на южных склонах горного массива, в Аскизском районе, в бассейне среднего течения реки Есь, расположена группа из 56 курганов татарского времени. Эти курганы отличаются от обычных наличием гигантских, высотою до 6,5 метров, угловых камней ограды. Время создания этой могильной группы — VI-V века до н.э. Курганная группа у аала Сафронов производит неизгладимое впечатление. Здесь на камни курганов в разные эпохи нанесено 498 изображений. Всего три изображения оленей и всадника выполнены в художественной манере, характерной для тагарского времени. 415 изображений птиц, антропоморфных фигур, спиралей относятся к таштыкской культуре (I-V вв. н.э.). Около 80 изображений тамг, антропоморфных и зооморфных фигур, скорее всего, созданы около ста пятидесяти лет назад.

Фото Е. Миклашевич

Долина реки Есь, привольная в низовьях, к истокам плавно сжимается — струи этого быстрого потока зародились в горах. Стоит подняться реке к месту, где плотиной смыкаются на ее пути сопки, чтобы встретить неповторимую и незабываемую картину. Даже в богатой живописными древностями Хакасии курганы, кучно стоящие над рекою близ аала Сафронов, уникальны. Не только профессионалы-археологи или любители древностей, но и любые другие люди, ищущие необычного, — всякий, кто узнает об этой тесной, на границе тайги затаившейся долине, обязательно стремится сюда.

Часть тагарского могильника у аала Сафронов фото В. Балахчина

В петербургских музейных архивах сохранились фотоснимки 1914 года, сделанные в этих местах одним из первых хакасских ученых европейского склада — Степаном Дмитриевичем Майнагашевым. Значит, и этот выдающийся человек, пытливым взором смотревший на родные долины и черты народного быта хакасов, посчитал курганы близ аала Сафронов (тогда именовавшегося улусом Керинским) особо примечательными памятниками.

Неповторимый колорит курганной группе в этой долине придают четыре захоронения, стоящие ближе к реке и вытянутые общей цепочкой с юго-запада на северо-восток. Во всем это типичные гробницы раннего железного века, возведенные примерно в VI веке до н.э., то есть на столетие раньше вошедшей во все учебники древнегреческой классики.

Археологи называют эту древнюю культуру Хакасии тагарской и связывают ее с народом динлинов, упомянутым в китайских сочинениях того же времени. Однако внешняя обычность этих сафроновских курганов сочетается с невероятно высокими и узкими угловыми камнями-менгирами. Здесь они достигают высоты двухэтажного дома — более 6 метров!

Курганные камни у аала Сафронов Фото И. Кызласова

Предстоит отыскать древнюю каменоломню, где были добыты и обработаны эти каменные столбы, а обработаны они очень тщательно. Когда котлован будет найден, можно будет судить о том, как эти монолиты были доставлены к месту величественных захоронений. Но уже и сегодня понятно, что в целости доставить столь длинные многотонные плиты, равно как и отвесно установить на века такие обелиски — было делом далеко не простым. Высокое искусство древних строителей не может вызывать сомнения, но восхищение вызвать может!

 

Курганные камни у аала Сафронов Фото И. Кызласова

Перед магией этих сооружений не могли устоять и древние обитатели долины реки Есь. На камнях курганов нанесены сотни разновременных изображений. Удивительно, но наиболее часто рисунки выбивали здесь в гуннскую эпоху, в III—I веках до н.э. — во время зарождения древнего ядра хакасского народа и на протяжении первой древнехакасской культуры, условно именуемой таштыкской (в I в. до н.э. — V в. н.э.).

Кто расшифрует эти сюжеты и образы? Они загадочны в каждой детали. Что выражают легко бегущие фигуры чудесных маралов, с верхних отростков раскидистых рогов которых взмывают в высь фигуры могучих орлов? Как можно догадаться, когда такого поэтического рисунка больше нигде не встречено.

Взлетающие орлы и поклонение им. III-II вв. до н.э. Ранний железный век, татарская культура Фото И. Кызласова

 

Человекоподобные фигуры и спирали. III-II вв. до н.э. Ранний железный век, татарская культура Фото И. Кызласова

 

Изображение марала. I н.э. Таштыкская культура Фото И. Кызласова

 

Котел. I н.э. Таштыкская культура Фото И. Кызласова

Некоторые поверхности курганных плит густо покрыты плотными спиралями — большими и малыми. Что они означают? Вращение времени и закрученность судьбы, бурление жизненных сил природы или безудержное качение солнца? Ученых домыслов будет много, но для ясных объяснений почвы нет практически никакой.

Понятны сегодня, пожалуй, только изображения единственного рода — геральдически распластанные на камне орлиные фигуры, симметрично раскинувшие дуги крыльев и повернувшие крючковатую голову на одну сторону. Таковы наиболее ранние достоверно известные лично-фамильные тамги Хакасии. Можно утверждать уверенно: возникнув во времена таштыкской культуры, орлиные знаки к раннесредневековой эпохе чаатас (VI — начало IX в.) все более и более теряли сходство с живыми пернатыми прототипами, становясь сухими геометрическими начертаниями, в каждом случае отличаясь друг от друга дополнительными элементами. Эта индивидуальная изменчивость вполне согласуется с лично-фамильным гербовым назначением знаков. Она хорошо заметна уже на ранних образцах такой геральдики, представленных серией орлиных тамг, словно для сравнения рядами выбитых на курганных монолитах близ Сафронова. Особенно разнообразны формы хвостов этих фигур.

 

Фото Е. Миклашевич

Вероятно, в начальные века нашей эры сюда съезжались многие знатные фамилии тогдашней Хакасии. В развитом средневековье характер отметок, оставленных здесь на века, существенно изменился. Понять это позволяет небольшая руническая надпись, оставленная на местной скале Кёк-хая тысячу лет назад и обнаруженная пытливыми абаканцами — археологом Э.А. Севостьяновой и художником В.Ф. Капелько. Надпись насчитывает три коротких строки и нанесена очень мелкими буквами — не больше ногтя, но выведена — пока единственная на всю Сибирь! — красной тушью. Это означает, что автор древнего текста имел две чернильницы — для черных и красных чернил, то есть принадлежал к грамотеям, писавшим двухцветные рукописи.

  Фото Е. Миклашевич

Вспомним, как возникло современное русское определение «красная строка». Фраза восходит к древней традиции красочно выводить начальные буквы абзаца в парадных рукописях: церковных, летописных, на листах княжеских грамот и тому подобное. Выходит, многоцветные рукописи существовали и в Древнехакасском государстве не позднее X века. Красными чернилами или тушью не писали постоянно, ими в религиозных текстах выделяли начальные строки или слова, вызывавшие у писца особое почтение — высота сибирской книжной культуры того времени и ее сакральная принадлежность отныне для нас очевидны. Равные по высоте мелкие знаки, твердость линий, одинаковая их ширина — все указывает на выработанность почерка, профессионализм писавшего. Округлые окончания штрихов указывают на письмо не кистью, а полой трубочкой, то есть калямом.

Фото Е. Миклашевич

Представить себе форму тростникового пера, оставляющего такие следы, вполне возможно, если обратиться к культурам, сохранившим каллиграфические руководства. Оказалось, что примененный для наскального текста почерк — курсивный, округлый, образованный линиями одинаковой полноты (без толстых и тонких элементов), был наиболее экономным и скорописным. Он применялся секретарями при работе на слух, то есть для записи высказываний владык — светских или духовных.

К несчастью, правую, начальную часть надписи пытались уничтожить (поверхность скалы здесь затерта, повреждена грубой точечной выбивкой и намеренными сколами). В результате прочесть столь редкую и значимую надпись удается с большим трудом и не полностью, последняя строчка не разбирается вовсе: «...по причине моей мужской добродетели будь написан... этот земной мир — из разряда обмана и зла, демон, покой (?) и спокойное разумение...»

Даже в таком неполном виде вполне очевидно, что эти наскальные строки содержат религиозные высказывания, характерные для манихейства, одной из мировых религий раннего средневековья, знакомой с понятием греховности, ложности бренного мира. Ум, Знание, Рассудок, Мысль и Осмотрительность, согласно манихейской вере, сопутствовали божеству Добра.

Тысячелетие назад у подножия древних монолитов писец и книжник средневековья вслушивался в бег шумливых струй Еси. Сложные философские искания побудили его нанести надпись на скальную плоскость. Он считал грамотность добродетелью и был действительно хорошо образован (в тексте применены термины согдийской и иранский религиозной литературы), а жизнь, видно, складывалась нелегко.

 

 

Комментариев нет:

Отправить комментарий