пятница, 4 февраля 2011 г.

Карачакова-Картина И.Н. - ее творчество

 
И.Н. Карачакова-Картина на берегу Невы. 1960-е гг.

Посвящение Ирине Николаевне Карачаковой-Картиной
В узкой прорези глаза
Черные сияют.
- Что хотите от меня? —
Молча вопрошают. —
Вопрошайте, не скажу,
Слово не промолвлю.
Тайну я с собой возьму,
Закую ее в броню,
В камень воплощу я,
Но раскрыть вам не смогу —
Хоть предай меня огню. (Киев. 3,08. 1966)
Эти стихи посвятила Ирине Николаевне ее приятельница Ева Токарева. 


Годы учебы в Академии не были легкими. Ленинград только что освободился от блокады, и в городе еще долгое время в обращении были карточки на хлеб, крупы и другие продукты. В домах, в образовательных учреждениях, организациях было так холодно, что приходилось заниматься и творить не снимая верхней одежды.
Дипломная работа «Алишер Навои», задуманная еще на втором курсе, принесла ей успех. Чтобы передать портрет поэта-гуманиста, просветителя, философа, его внутренний мир, она перечитала его труды, съездила в Бухару, Самарканд, Ташкент, Хиву, посмотрела художественный фильм и спектакль в театре оперы и балета им. С. Кирова, изучила восточные халаты и головные уборы. 
После защиты дипломной работы в 1951 году, скульптура «Алишер Навои» успешно экспонировалась в Государственном русском музее, на Всесоюзной художественной выставке, затем эту работу приобрел Львовский музей. Высокие отзывы о работе Ирины Николаевны появились в газетах и журналах от художников, искусствоведов и критиков.
Московский искусствовед А. Ромм писал: «По-моему, эта скульптура Карачаковой «Алишер Навои» относится к лучшему из пластики, представленному молодыми участниками Всесоюзной художественной выставки».
Скульптура «Алишер Навои». Автор И.Н. Карачакова-Картина

В Книге отзывов выставки в Государственном русском музее есть запись Е.С. Зубовой: «Скульптура Карачаковой «Алишер Навои» действительно большой творческий успех. ... Это не случайный успех, не случайная удача молодого скульптора, а серьезный большой вдохновенный труд настоящего мастера. Скульптура приковывает внимание не только своей безупречной внешней красотой, а обладает силой большого внутреннего притяжения, открывая исключительную человечность поэта. В этом ее главное достоинство. С какой любовью, чуткостью, бережливостью, с каким трепетом надо отнестись к внутреннему миру этого человека-поэта, чтобы так раскрыть в скульптуре. Сколько теплоты, мягкости, лиризма во всем облике поэта, как естественно спокойна и выразительна его поза». 
Скульптура Алишер Навои. Рабочий  эскиз

Б. Карпов — исследователь творчества И.Н. Карачаковой — цитирует рецензию Л. Керзина на дипломный проект: "... этот портрет является примером строгого отношения к искусству, настойчивого поиска новых путей, стремлением найти и выразить в искусстве свою индивидуальность".
В.А. Синайский высоко ценил творческий потенциал И.Н. Карачаковой: "...в работах Ирины видны воспитанная классикой крепкая структурная целостность формы, не только живость непосредственного восприятия натуры, но и зрелость суждения о человеческом характере".
Газеты писали: "Естественна и выразительна его (Навои — Авт.) поза. В чертах чувствуется скорбь о страдающих и благородный порыв поэта, его любовь к людям и вера в радостное будущее. С подкупающей теплотой, легко и свободно передаёт Карачакова высокий гуманизм поэта. Скульптор тонко подметила и существенную деталь в образе Навои — его некоторую замкнутость. Статуя радует глаза спокойной монументальностью, строгой скульптурной весомостью форм".
В 1951 году ее приняли в Союз художников СССР.
Еще в студенческие годы Ирину Николаевну увлекала тема Китая. В 1947 году она для курсового задания по композиции выбрала тему «Портретная фигура и скульптурный портрет Мао Цзэдуна». Но мечте Ирины Николаевны — съездить в Китай — не суждено было сбыться. Оргкомитет Союза советских художников отказал ей в командировке в КНР ссылаясь на отсутствие средств.
 Фото одной из работ Ирины Николаевны в китайском журнале

Особенно плодотворными для И.II. Карачаковой были 60 -70 е годы. Карачакова всегда была предельно честна в образной трактовке модели. Она выбирала для портретирования чаще всего хорошо знакомых ей людей (П. Балыков, В. Араштаева, И. Кидиекова, М. Грязнов, В. Казаченко, Т. Гачеева). Все эти образы рождались постепенно, медленно, а сама скульптура насыщалась содержанием в процессе лепки. Карачакова могла надолго оставить работу над одним образом и через длительный промежуток времени вновь вернуться к нему.
Метод раскрытия внутреннего мира человека через подвижную пластическую форму находит свое законченное воплощение в женских портретах, которые составляют основную часть творчества Карачаковой. Это ведущая, выстраданная скульптором тема, начинающая свой отсчет с портрета хакасской женщины. «Скульптор неизменно руководствуется человеческим и профессиональным интересом и к облику и к характеру портретируемых, выходит далеко за рамки частного суждения о личности, хотя это частное есть наиболее точная и важная характеристика. Сама скульптор считает, что любая модель для нее исключительно интересна и в каждой есть за что "зацепиться"». (Из оценки Б.К. Карпова)
Портрет матери Е.П. Картиной 1958 год

"Портрет хакаски". В ней чувствуется внутренний порыв. Передача внутреннего движения моделей — главная задача скульптора. Композиция, на первый взгляд статичная, полна движения благодаря изящному повороту головы, выразительности кажущихся подвижными складок одежды. В строгом, благородном лице, в спокойном жесте руки — нежность, внутренняя боль, одухотворенность, сила — типичные черты хакасской женщины.
Портрет В. Араштаевой 1974 гипс
В мягкой трактовке изумительно красивой и живописной Валентины Араштаевой есть чувство покоя, безмятежность, лирически приподнятое ощущение бытия. Это пример импрессионистического отношения к натуре. Модель обладала естественно-привлекательным цветом кожи, было что-то африканское во всем ее облике. Скульптору долго не удавалось найти необходимый материал для соотнесения объемов, живописности образа. Гипс, мрамор, ей казалось, делали образ молодой девушки слишком обыденным. Изучение традиций раскрашенной египетской скульптуры помогло наполнить образ новым содержанием — живописностью и декоративностью. Хотелось бы отметить и доброжелательные отношения художника и модели, возникающие при работе, которые способствуют более полному раскрытию характера произведения. Наиболее благоприятной для работы бывает атмосфера взаимопонимания, когда в человеке раскрываются внутренние стороны его духовной жизни, его интересы и взгляды.
Портрет археолога М.П. Грязнова 1979, бронза

Примером содружества художника и модели может служить работа И.Н. Карачаковой над портретом М.П. Грязнова, известного археолога, который с 1926 г. работал в Хакасия. Туве, на Алтае. 
Бронзовый бюст М.П. Грязнова был показан широкому зрителю и по достоинству оценен прежде всего людьми, близко знавшими археолога. Сам М.П. Грязнов считал, что достойно запечатлеть его удалось только двум людям: его сыну — фотографу, сделавшему замечательный портрет к 70-летию со дня рождения, и И.Н. Карачаковой, сумевшей увидеть в нем то, что спрятано глубоко внутри.
В своих воспоминаниях М.П. Грязнов пишет об особой творческой обстановке в мастерской скульптора, возникавшей во время работы, чувстве причастности к создаваемому произведению. И.Н. Карачаковой, очевидно, было свойственно пробуждать возвышенное ощущение сотворчества художника и модели. Но, наверное, важна и готовность модели воспринимать эти творческие импульсы, в свою очередь благотворно влияя на работу художника. И.Н. Карачакова, прежде чем взяться за этот портрет, прочитала все труды по археологии, написанные М.П. Грязновым, посмотрела в Эрмитаже и Институте археологии полевые материалы, беседовала с Михаилом Петровичем, изучила его биографию, трудный путь в науке. Многое роднило этих двух людей в их судьбах. Процесс работы над портретом был периодом духовного подъема, когда широта интересов М.П. Грязнова, его взгляды на историю, философию занимали воображение художника.
Особенно интересным для М.П. Грязнова было умение И.Н. Карачаковой передать внутреннее движение мысли человека. «Более всего ценю в своем портрете состояние, когда нет душевной старости, — этого я опасался прежде всего в начале работы - ведь я действительно стараюсь через всю жизнь пронести идеалы своей молодости, как бы иначе я занимался археологией, если бы вдруг стал "старым"»
Портрет Н.Н. Бурденко хирурга
Потом было много других работ. И.Н. Карачакова-Картина зарекомендовала себя мастером скульптурного портрета. В ее произведениях запечатлены современники, люди разных профессий: писатель, врач, аспиранты, шахтеры, искусствовед, штурман ледокола, политик, художник, ученый - и каждому дана точная психологическая характеристика, передана многогранность личности человека, показано не только внешнее сходство, но и сложный духовный мир. И к каждой своей работе она относилась с любовью. А ею выполнено более 70 скульптурных портретов.
Портрет И.К. Кидиековой 1967 г.

Тема Хакасии, ее людей близка и понятна скульптору Карачаковой. Она выполнила много портретов своих земляков: известного ученого-тюрколога с мировым именем Катанова Николая Федоровича, писателя Доможакова Николая Георгиевича (хранится в Белорусском Государственном художественном музее), 
Портрет Н.Г. Доможаков, хакасского писателя


героя гражданской войны Кастаракова Карпа Андриановича, своих родственников — мамы Екатерины Парфеновны, племянницы Райковой Валентины Трофимовны, Героя Советского Союза Чебодаева Михаила Ивановича, своих современниц Валентины Арыштаевой, Ирины Кидиековой, брата Картина Николая — военврача
  
Портрет лейтенанта И.В. Картина 1952 год

Ее работы хранятся в Львовской картинной галерее, Русском музее, Третьяковской галерее, Белорусском Государственном художественном музее, Военно-медицинском музее, Краматорском художественном музее,
 а также в Монголии, Индонезии, Китае.
Портрет Н.Ф. Катанова, хакасского ученого - тюрколога

Впервые после долгой 28-летней разлуки с Хакасией И.Н. Карачакова приехала сюда летом 1958 года по приглашению археолога Леонида Ромаовича Кызласова. Экспедиция в составе Л.Р. Кызласова, этнографа К.М. Патачакова и скульптора И.Н. Карачаковой совершила рабочую поездку по Аскизскому району.
И.Н. Карачакова-Картина и Л.Р. Кызласов (крайний слева). Крайний справа Патачаков К.М., этнограф. 50-е гг. XX в.

Одновременно Ирина Николаевна делала эскизы к памятнику "Дружба" в честь 250-летия присоединения Хакасии к России.
Те зарисовки, фрагменты, скульптуры, что остались, показывают, насколько была талантлива Ирина Николаевна, насколько хорошо знала Хакасию, ее народ, традиции, обычаи.
Из письма Василию Архиповичу Угужакову, председателю облисполкома Хакасии: «...символическая фигура Хакасии изображена в виде сидящей на высоком пьедестале молодой девушки в национальном костюме, держащей в поднятой руке рог - знак призыва своему народу.
Модель памятника "Дружба" 1958-1960 годы

Высокий, почти 19-метровый пилон-пьедестал трактован в формах, близких к древним национальным памятным столбам, распространенным на территории Хакасии. Грани пилона несут тематические рельефные надписи, посвященные событию, в честь которого сооружается монумент, внизу прямоугольный бассейн, выложенный цветной керамикой в виде живописного огромного ковра с хакасским орнаментом».
Модель памятника Дружба народов 1958-1960 с участием архитекторов И.И. Фомина и B.C. Васильковского. 1960 г.

Изучая ее переписку с чиновниками, чувствуешь, сколько сил, энергии, нервов потратила Ирина Николаевна, чтобы осуществился этот проект, который занял I место в открытом Всероссийском конкурсе, посвященном 250-летию вхождения Хакасии в состав России. 
Жюри открытого конкурса, проводившегося в Абакане, отметило, что "монумент исполнен в национальных традициях хакасского народа. Важным достоинством является близость к природе. Нет впечатления, что где-то уже видели. Памятник очень хорош и оригинален". 20 марта 1961 года в Москве на художественно-экспертном совете по монументальной скульптуре с участием известнейших архитекторов и скульпторов Ирине Николаевне высказали ряд замечаний и пожеланий, а в целом ее проект был одобрен. 
Ирина Николаевна мечтала разрезать красную ленточку в Черногорском саду, где по плану должен был быть установлен монумент «Дружба».
Однако мечта скульптора Карачаковой возвести памятник, который мог бы стать вершиной ее творчества, так и осталась неосуществленной. 
 Так и не удалось выяснить причину такого безобразия.
Авторы архитектурной части этого проекта И.И. Фомин и В. Васильковский отмечали, что "этот памятник мог стать произведением ясного символического звучания — так много в образе женщины песенного начала, утверждений радости и покоя...»
Пластическая сила этой композиции не столько в красоте ее монументальных форм, сколько в стремительном и мягком ритме изящного жеста руки с рогом, особом повороте головки женщины. И.Н. Карачакова сумела перенести эту простую и выразительную архитектурную схему в скульптурную композицию и облечь ее живой пластикой человеческой фигуры.
Высокий камень, подымающий фигурку женщины, образует вертикаль, усиленную жестом руки с рогом. Необходимо было горизонтальное развитие композиции — это сообщило бы движению необходимую силу и равновесие. Скульптор умело решила сложность задачи, введя горизонтальные мотивы рук и чуть-чуть откинутой назад головки женщины.
С тех пор образ женщины с рогом стал одним из основных в ее творчестве, к нему она возвращалась до последних дней своей жизни. Большое количество этюдов — тому свидетельство.
Купальщица. Эскиз
Портрет аспиранта ЛГУ Ниязова 1952 год

Наблюдения, впечатления, интересные беседы с И.Н. Карачаковой, воспоминания о ней достаточно полно отражают все многообразие ее личности и, что наиболее важно, ее яркую творческую индивидуальность. Создают образ мастера, работавшего тщательно над каждым скульптурным образом, проникая в суть человеческого характера, выявляя лучшие качества личности портретируемых, что еще раз подтверждает, сколь неординарна и оригинальна была Ирина Николаевна Карачакова.
Портрет Г.И. Козаченко 1951 год, гипс

Муж Ирины Николаевич Г.И. Козаченко, по профессии искусствовед, приучил свою жену к коллекционированию антиквариата. Вместе  они прибавили к коллекции, которую около века собирали его предки, обедневшие дворяне, много картин и скульптурных портретов. 
Но эта история заслуживает к себе более пристального внимания. Поэтому продолжение следует.
Автор анализа работ И.Н. Карачаковой-Картиной - И.Н. Кидиекова
Источник: КИДИЕКОВА И.К. ОБ ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОМ ЯЗЫКЕ СКУЛЬПТОРА И.Н. КАРАЧАКОВОЙ./ И.К. КИДИЕКОВА.// Хакасия. История и современность./ отв. ред. В.Н. Тугужекова. - Новосибирск: Наука, 2000. - 190 с. - (Ученые записки Хакасского научно-исследовательского института языка, литературы и истории; вып. XXI). - с. 101-104

2 комментария:

  1. Прочитал с интересом.
    В глаза бросилась неточность (возможно, их больше, я читал быстро и, должно быть, невнимательно). Подпись к групповой фотографии в нижней части статьи гласит: Карачакова, Кызласов (крайний справа). На самом деле, Кызласов крайний слева, а крайний справа - это Патачаков.

    ОтветитьУдалить
  2. Еще раз благодарю вас за поправку. Интересно, как вы вышли на мой блог? Собираю здесь информацию из чисто любительского интереса, т.к. "заболела" хакасской культурой, до обидного мало в Интернете написано об истории и национальном достоянии Хакасии.

    ОтветитьУдалить